Обсуждение проекта воссоздания Успенского собора

Обсуждение проекта воссоздания Успенского собора имело много противоречивых аргументов. Нас упрекают за «новоделы», но в том случае, если бы храмы не воссоздавались на первоначальных местах, со временем их место заняли бы современные деловые сооружения, поскольку, по латинскому выражению, «horror vacui», природа не терпит пустоты. De facto, воссоздавая главные доминанты Киева, мы восстанавливаем, насколько это сейчас возможно, его исторический силуэт – это если рассматривать проблему воссоздания с градостроительной стороны. Но существует и другой аспект: морально-этический. Годы безверия, бездуховности пагубно сказались на моральном и культурном уровне народа, затронув все стороны его жизни, ведь история не прощает пренебрежительного отношения к достояниям прошлого. Бездуховное общество не имеет права на будущее, такое государство не сможет достичь настоящего культурно-экономического расцвета. Поэтому воссоздание разрушенных объектов, которые на протяжении веков играли роль главных святынь народа, способствует воспитанию у населения уважения к своему прошлому и духовности. Конечно, все разрушенные в течение господства воинствующего атеизма церкви невозможно возродить, однако тем более заметным станет воссоздание отдельных главных памятников.

Еще один аргумент в пользу воспроизведения – возобновление прерванной преемственности традиций храмового строительства. Как известно, этот процесс был непрерывный и не замирал даже во времена лихолетий: – каменное зодчество Киевской Руси и деревянное церковное зодчество – церковное строительство оборонного типа (церкви-крепости); – ренессансные церкви; – церкви в стиле украинского барокко; – церкви в стиле классицизма и ампира; – церкви в стиле эклектики II пол. ХІХ-нач. XX вв.; – церкви в национальном украинском стиле нач. XX в. и все, связь прервана от 1917 года до 1991 года. Если сейчас, не возродив хотя бы частично утраченное, мы начнем строить только современные храмы из стекла и бетона, как это делают в Европе и Америке, мы рискуем через несколько поколений вообще потерять генетическую память о своих национальных корнях.

Некоторые упрекают, что для воссоздания таких известных объектов сейчас не лучшие времена. Но весь парадокс заключается в том, что без возрождения духовных и культурно-художественных традиций эти «лучшие времена» вообще настанут очень нескоро, ведь развитая экономика государства сочетается с достаточным духовным и культурным уровнем его развития и находится в прямой зависимости от них. Как известно, в Украине, да и во всем мире строили церкви не только во времена экономического расцвета, но и в более тяжелые времена, и это воспитывало людей, сплачивало их вокруг церкви.

Удлиненность воспроизведения во времени, за которую выступали оппоненты, привела бы к появлению неких «долгостроев», которые негативно воспринимаются людьми. Если бы, например, восстановление Успенского собора продолжалось в течение десяти, двадцати, тридцати лет, за это время негативные изменения в исторической среде города стали бы еще более значительными, а общество, уставшее от созерцания такого длительного строительства, наконец бы разуверилось в нем как в чем-то «второразрядном», неважном, неактуальном на потребность дня. Вспомните, какие впечатления были у вас от оставленных недостроев еще советских времен, которые десятилетиями «украшали» строительные площадки.

Что касается непрофессионализма разработанного проекта воссоздания Успенского собора, непонимания авторами всех особенностей проблемы, то здесь следует напомнить, что проблема воссоздания собора рассматривалась начиная с послевоенных лет, и разные специалисты предлагали свои варианты дальнейшего существования памятника. Хотя говорят, что не было собрано достаточно достоверной информации по собору, напомню, что с 1945 года и до 1963 года продолжалась разборка остатков от разрушенных частей храма с сопровождением их проведением детальных исследований, которые легли в основу дальнейших проектных предложений по собору. Наиболее серьезные по уровню сложности поставленной задачи проектные разработки начал институт «Укрпроектреставрация» еще в 1981-1982 годах, в дальнейшем продолжалось дополнение собранной информации, на основе которой и был разработан проект воссоздания Успенского собора. Следовательно, разговоры о том, что авторы проекта и специалисты, занимавшиеся воссозданием, не были достаточно осведомлены с проблемой и условиями строительства, выглядят неаргументированными.

Относительно же последних возражений относительно «варварского» по мнению некоторых, свайного метода, возможности разрушения захоронений в основании собора, угрозы гидрогеологии и невозможности работы тяжелой техники в условиях зажатого застройкой пространства, то здесь следует сказать следующее. Если старые фундаменты потеряли свои несущие свойства – сначала вследствие взрыва, а затем в течение многолетнего существования в полуразрушенном состоянии, то поставить на них массивный собор было невозможно. Сваи были применены таким образом, чтобы не задеть расположенные в основе захоронения. Одновременно с воссозданием Успенского собора продолжались сопутствующие работы по организации инженерных и ремонтно-реставрационные работы на соседних зданиях. Относительно же того аргумента, что тяжелая техника во-первых, не пройдет через низкие монастырские ворота, а во-вторых, ей будет тесно для работы, то здесь скажу одно: все видели, что на строительной площадке работала-таки необходимая строительная техника, и при этом никакого вреда монастырским воротам не было нанесено. Это то последнее доказательство, «ultima ratio», в пользу воссоздания Успенского собора, которое хотелось бы привести.

Комплексная реставрация

Обсуждение проекта воссоздания Успенского собора

Обсуждение проекта воссоздания Успенского собора имело много противоречивых аргументов. Нас упрекают за «новоделы», но в том случае, если бы храмы не воссоздавались на первоначальных местах, со временем их место заняли бы современные деловые сооружения, поскольку, по латинскому выражению, «horror vacui», природа не терпит пустоты. De facto, воссоздавая главные доминанты Киева, мы восстанавливаем, насколько это сейчас возможно, его исторический силуэт – это если рассматривать проблему воссоздания с градостроительной стороны. Но существует и другой аспект: морально-этический. Годы безверия, бездуховности пагубно сказались на моральном и культурном уровне народа, затронув все стороны его жизни, ведь история не прощает пренебрежительного отношения к достояниям прошлого. Бездуховное общество не имеет права на будущее, такое государство не сможет достичь настоящего культурно-экономического расцвета. Поэтому воссоздание разрушенных объектов, которые на протяжении веков играли роль главных святынь народа, способствует воспитанию у населения уважения к своему прошлому и духовности. Конечно, все разрушенные в течение господства воинствующего атеизма церкви невозможно возродить, однако тем более заметным станет воссоздание отдельных главных памятников.

Еще один аргумент в пользу воспроизведения – возобновление прерванной преемственности традиций храмового строительства. Как известно, этот процесс был непрерывный и не замирал даже во времена лихолетий: – каменное зодчество Киевской Руси и деревянное церковное зодчество – церковное строительство оборонного типа (церкви-крепости); – ренессансные церкви; – церкви в стиле украинского барокко; – церкви в стиле классицизма и ампира; – церкви в стиле эклектики II пол. ХІХ-нач. XX вв.; – церкви в национальном украинском стиле нач. XX в. и все, связь прервана от 1917 года до 1991 года. Если сейчас, не возродив хотя бы частично утраченное, мы начнем строить только современные храмы из стекла и бетона, как это делают в Европе и Америке, мы рискуем через несколько поколений вообще потерять генетическую память о своих национальных корнях.

Некоторые упрекают, что для воссоздания таких известных объектов сейчас не лучшие времена. Но весь парадокс заключается в том, что без возрождения духовных и культурно-художественных традиций эти «лучшие времена» вообще настанут очень нескоро, ведь развитая экономика государства сочетается с достаточным духовным и культурным уровнем его развития и находится в прямой зависимости от них. Как известно, в Украине, да и во всем мире строили церкви не только во времена экономического расцвета, но и в более тяжелые времена, и это воспитывало людей, сплачивало их вокруг церкви.

Удлиненность воспроизведения во времени, за которую выступали оппоненты, привела бы к появлению неких «долгостроев», которые негативно воспринимаются людьми. Если бы, например, восстановление Успенского собора продолжалось в течение десяти, двадцати, тридцати лет, за это время негативные изменения в исторической среде города стали бы еще более значительными, а общество, уставшее от созерцания такого длительного строительства, наконец бы разуверилось в нем как в чем-то «второразрядном», неважном, неактуальном на потребность дня. Вспомните, какие впечатления были у вас от оставленных недостроев еще советских времен, которые десятилетиями «украшали» строительные площадки.

Что касается непрофессионализма разработанного проекта воссоздания Успенского собора, непонимания авторами всех особенностей проблемы, то здесь следует напомнить, что проблема воссоздания собора рассматривалась начиная с послевоенных лет, и разные специалисты предлагали свои варианты дальнейшего существования памятника. Хотя говорят, что не было собрано достаточно достоверной информации по собору, напомню, что с 1945 года и до 1963 года продолжалась разборка остатков от разрушенных частей храма с сопровождением их проведением детальных исследований, которые легли в основу дальнейших проектных предложений по собору. Наиболее серьезные по уровню сложности поставленной задачи проектные разработки начал институт «Укрпроектреставрация» еще в 1981-1982 годах, в дальнейшем продолжалось дополнение собранной информации, на основе которой и был разработан проект воссоздания Успенского собора. Следовательно, разговоры о том, что авторы проекта и специалисты, занимавшиеся воссозданием, не были достаточно осведомлены с проблемой и условиями строительства, выглядят неаргументированными.

Относительно же последних возражений относительно «варварского» по мнению некоторых, свайного метода, возможности разрушения захоронений в основании собора, угрозы гидрогеологии и невозможности работы тяжелой техники в условиях зажатого застройкой пространства, то здесь следует сказать следующее. Если старые фундаменты потеряли свои несущие свойства – сначала вследствие взрыва, а затем в течение многолетнего существования в полуразрушенном состоянии, то поставить на них массивный собор было невозможно. Сваи были применены таким образом, чтобы не задеть расположенные в основе захоронения. Одновременно с воссозданием Успенского собора продолжались сопутствующие работы по организации инженерных и ремонтно-реставрационные работы на соседних зданиях. Относительно же того аргумента, что тяжелая техника во-первых, не пройдет через низкие монастырские ворота, а во-вторых, ей будет тесно для работы, то здесь скажу одно: все видели, что на строительной площадке работала-таки необходимая строительная техника, и при этом никакого вреда монастырским воротам не было нанесено. Это то последнее доказательство, «ultima ratio», в пользу воссоздания Успенского собора, которое хотелось бы привести.

Complex restoration

Обговорення проекту відтворення Успенського собору

Обговорення проекту відтворення Успенського собору мало багато суперечливих аргументів. Нам дорікають за «новоділи», але в тому випадку, якби храми не відтворювались на первісних місцях, з часом їх місце посіли б сучасні ділові споруди, оскільки, за латинським висловом, «horror vacui», природа не терпить порожнечі. De facto, відтворюючи головні домінанти Києва, ми відновлюємо, наскільки це зараз можливо, його історичний силует – це якщо розглядати проблему відтворення з містобудівного боку. Але існує і інший аспект: морально-етичний. Роки безвір’я, бездуховності хибно позначилися на моральному і культурному рівні народу, зачепивши всі сторони його життя, адже історія не вибачає зневажливого ставлення до надбань минулого. Бездуховне суспільство не має права на майбутнє, така держава не зможе досягти справжнього культурно-економічного розквіту. Тому відтворення зруйнованих об’єктів, які впродовж віків відігравали роль головних святинь народу, сприяє вихованню у населення поваги до свого минулого і духовності. Звісно, всі зруйновані впродовж панування войовничого атеїзму церкви неможливо відродити, однак тим більш помітним стане відтворення окремих головних пам’яток.

Ще один аргумент на користь відтворення – поновлення перерваної спадкоємності традицій храмового будівництва. Як відомо, цей процес був безперервний і не завмирав навіть в часи лихоліть: – кам’яне зодчество Київської Русі і дерев’яне церковне зодчество – церковне будівництво оборонного типу (церкви-твердині); – ренесансні церкви; – церкви в стилі українського бароко; – церкви в стилі класицизму і ампіру; – церкви в стилі еклектики II пол. ХІХ-поч. XX ст.; – церкви в національному українському стилі поч. XX ст.  і все, зв’язок перервано від 1917 року до 1991 року. Якщо зараз, не відродивши хоча б частково втрачене, ми почнемо будувати лише сучасні храми зі скла і бетону, як це роблять в Європі та Америці, ми ризикуємо через кілька поколінь взагалі втратити генетичну пам’ять про свої національні корені.

Деякі дорікають, що для відтворення таких знаних об’єктів зараз не кращі часи. Але весь парадокс полягає в тому, що без відродження духовних і культурно-мистецьких традицій ці «кращі часи» взагалі настануть дуже нескоро, адже розвинена економіка держави поєднується з достатнім духовним і культурним рівнем її розвитку і знаходиться в прямій залежності від них. Як відомо, в Україні, та й в усьому світі будували церкви не лише в часи економічного розквіту, але й в більш важкі часи, і це виховувало людей, згуртовувало їх навколо церкви.

Подовженість відтворення в часі, за яку виступали опоненти, призвела б до появи таких собі «довгобудів», які негативно сприймаються людьми. Якби, приміром, відбудова Успенського собору тривала впродовж десяти, двадцяти, тридцяти років, за цей час негативні зміни в історичному середовищі міста стали б ще більш значними, а суспільство, втомлене спогляданням такого тривалого будівництва, нарешті б зневірилось в ньому як в чомусь «другорозрядному», неважливому, неактуальному на потребу дня. Пригадайте, які враження були у вас від залишених недобудов ще радянських часів, які десятиліттями «прикрашали» будівельні майданчики.

Щодо непрофесійності розробленого проекту відтворення Успенського собору, нерозуміння авторами всіх особливостей проблеми, то тут слід нагадати, що проблема відтворення собору розглядалася починаючи з післявоєнних років, і різні фахівці пропонували свої варіанти подальшого існування пам’ятки. Хоча кажуть, що не було зібрано достатньо достовірної інформації по собору, нагадаю, що з1945 року і до 1963 року тривало розбирання залишків від зруйнованих частин храму з супроводженням їх проведенням детальних досліджень, які лягли в основу подальших проектних пропозицій по собору. Найбільш серйозні за рівнем складності поставленої задачі проектні розробки розпочав інститут «Укрпроектреставрація» ще в 1981-1982 роках, надалі тривало доповнення зібраної інформації, на основі якої і був розроблений проект відтворення Успенського собору. Отже, розмови про те, що автори проекту і фахівці, що займалися відтворенням, не були достатньо обізнаними з проблемою і умовами будівництва, виглядають неаргументованими.

Відносно ж останніх заперечень щодо «варварського» на думку деяких, пальового методу, можливості зруйнування поховань в основі собору, загрози гідрогеології і неможливості праці важкої техніки в умовах затислого забудовою простору, то тут слід сказати наступне. Якщо старі фундаменти втратили свої несучі властивості – спочатку внаслідок вибуху, а потім впродовж багаторічного існування в напівзруйнованому стані, то поставити на них масивний собор було неможливо. Палі були застосовані таким чином, аби не зачепити розташовані в основі поховання. Водночас з відтвоюнням Успенського собору тривали супутні роботи з організації інженерних  і ремонтно-реставраційні роботи на сусідніх будівлях. Щодо ж того аргументу, що важка техніка по-перше, не пройде через низькі монастирські ворота . а по-друге, їй буде затісно для праці, то тут скажу одне: всі бачили, що на будівельному майданчику працювала-таки необхідна будівельна техніка, і при цьому ніякої шкоди монастирським воротам не було завдано. Це той останній доказ, «ultima ratio», на користь відтворення Успенського собору, який хотілося б навести.

Комплексна реставрація